Электронная война — глава, которой пренебрегает Запад, но не Москва

от | Май 20, 2024 | Анализ, Российская Федерация | Нет комментариев

Война на Украине подчеркнула важность средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ), но также показала, что западные военные не уделяют этому компоненту достаточного внимания. Даже если оно не является смертоносным, оно может иметь чрезвычайно серьезные последствия и может быть использована противником без открытого конфликта. Это произошло в январе в Польше. Согласно январскому отчету Института изучения войны, вмешательство в […]

Война на Украине подчеркнула важность средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ), но также показала, что западные военные не уделяют этому компоненту достаточного внимания. Даже если оно не является смертоносным, оно может иметь чрезвычайно серьезные последствия и может быть использована противником без открытого конфликта. Это произошло в январе в Польше.

Согласно январскому отчету Института изучения войны, вмешательство в работу систем GPS в Польше и Балтийском регионе, в начале этого года, стало результатом тестирования Россией технологий радиоэлектронной борьбы. 16 января было зафиксировано несколько сбоев в работе систем GPS на севере и востоке Польши, в том числе в Варшаве и южном городе Лодзь; аналогичные явления наблюдались и в Сувалкском коридоре.

Согласно данным, предоставленным GPSJAM, высокие уровни помех в работе системы GPS были также зафиксированы в южной части Балтийского моря, на северо-западе и в центре Польши в период с 25 по 27 декабря 2023 года, а также 10 января 2024 года.

Служба военной разведки и безопасности Швеции проанализировала эти сбои в работе GPS в контексте учений по радиоэлектронной борьбе Балтийского флота. Подполковник Йоаким Паасикиви заявил, что помехи, наблюдавшиеся в системах GPS в начале января, скорее всего, являются результатом российской стратегии гибридной войны. Он утверждает, что Россия и раньше использовала глушение GPS в Северной Европе, чтобы скрыть деятельность в Мурманской области или сорвать учения НАТО.

В декабре Россия провела учения по радиоэлектронной борьбе в Калининграде, в частности, с использованием системы «Борисоглебск-2». В Калининграде дислоцируются 142-й батальон радиоэлектронной борьбы и 841-й центр радиоэлектронной борьбы (войсковая часть 09643), которые оснащены системой помех связи «Мурманск-БН», поступившей на вооружение 841-го центра радиоэлектронной борьбы Балтийского флота в 2018 году. По заявлению разработчиков этой системы, она способна нарушать связь на площади до 5.000 км. 142-й батальон радиоэлектронной борьбы оснащен системами радиоэлектронной борьбы «Палатин» и «Красуха».

Однако важно понимать, что Российская Федерация вложила значительные средства и десятилетия научных и промышленных разработок, чтобы стать практически мировым лидером в области радиоэлектронной борьбы. Российский потенциал радиоэлектронной борьбы имеют свои корни еще в 1904 году, когда он участвовал в обороне Порт-Артура от Японии.

Потребность в развитии радиоэлектронной борьбы возникла в связи с использованием телеграфных сигналов в военных целях. Советские силы радиоэлектронной борьбы сыграли значительную роль в великих сражениях Второй мировой войны, а также в использовании радиовзрывающихся мин в различных городах. К 1956 году в Советском Союзе были созданы первые батальоны помех связи, радиолокации и радионавигации во всех родах войск. К 1970-м годам, советская радиоэлектронная борьба стала важным вспомогательным компонентом в борьбе с противником, перейдя от более ограниченной роли глушения вражеских радаров к формированию органических сил радиоэлектронной борьбы, нацеленных на подавление вражеских электронных средств и систем в ходе операций и боевых действий. На повышение интереса России к радиоэлектронной борьбе в значительной степени повлиял анализ ее применения США и их союзниками в первой войне в Персидском заливе в 1991 году. В то время российские военные теоретики стали уделять особое внимание роли радиоэлектронной борьбы как «множителя силы», предвидя, как к ней будут относиться в официальных российских оборонных кругах. По мере того как Россия адаптируется к таким концепциям, как сетецентрическая война и интеграция систем командования и управления, радиоэлектронная борьба стала ключевым элементом в мышлении российских военных стратегов.

В последние годы российский потенциал радиоэлектронной борьбы (РЭБ) значительно усилились, являющееся ключевой частью традиционных вооруженных сил. Чтобы понять контекст этого развития, необходимо рассмотреть, как он вписывается в военный потенциал России, в частности, в связи с хорошо известными и давними интересами Генерального штаба в развитии средств повышения эффективности, чтобы компенсировать сравнительные слабости в случае конфликта с технологически развитым противником.

С тех пор как в 2008 году Москва начала реформу и модернизацию Вооруженных сил, некоторые российские стратеги выступают за сетевую войну (сетецентрическая война) как жизненно важный «множитель силы» и средство для начала более глубоких и значимых военных трансформации. Ключевым элементом этого подхода является РЭБ. Ее истоки лежат в позднюю советскую и российскую военную теорию и у пропагандистов «революции в военном деле». Это наиболее заметно в согласованных усилиях Москвы по упрощению командования и управления (C2), разработке и приобретению автоматизированных систем C2 для всех своих вооруженных сил, а также по изменению некоторых подходов к ведению войны. Что изменилось за последнее десятилетие, так это то, что военно-политическое руководство России стало действовать в соответствии с этими теоретическими подходами к будущему войны, став более открытым к альтернативным взглядам на то, как разведка трансформирует боевое пространство, и инвестируя в необходимую программу модернизации соответственно.

Как отметил генерал-майор Юрий Ласточкин, бывший командующий войсками РЭБ России: «Неудивительно, что в нынешних условиях РЭБ — как относительно недорогое и легко развертываемое средство нарушения работы радиолокационных и других систем противника, а также защиты собственных аналогичных систем от помех — становится приоритетом развития. В определенных обстоятельствах, использование подходов РЭБ может рассматриваться как асимметричные меры, сводящие на нет преимущества современных боевых систем и средств противника». На самом деле российские военные теоретики и планировщики имеют устоявшиеся интересы в анализе и оценке тенденций будущих войн и стремлении к развитию новых возможностей. Эти взгляды и дискуссии ведутся по многим направлениям, но есть и общие темы. Существующие планы военной модернизации основаны на таких идеях, в том числе на робототехнике и нанотехнологиях и даже на дальнейшем развитии или совершенствовании элементов «невоенных средств» в российском комплексе «жесткой/мягкой силы». Тем не менее, начиная с 2008-2009 годов, Москва ставит потенциал C4ISR и содействие внедрению сетевых подходов к ведению войны в вооруженных силах в центр своей трансформации и модернизации. Он является объединяющим элементом трансформации, лежит в основе поддержки модернизации оборонной промышленностью, а также направляет и формирует эксперименты со структурой сил, численностью личного состава и применением операций на базе платформ в компьютеризированной боевой среде.

Согласно официальному определению, приведенному в Военном энциклопедическом словаре, «радиоэлектронная борьба» — это вид вооруженной борьбы с применением радиоэлектронных средств против систем C4ISR противника с целью изменения качества информации или с применением радиоэлектронных средств против различных средств, с целью изменения условий оперативной обстановки.

РЭБ — это подавление и защита целей. Ее цель — «снизить эффективность» сил противника, включая их командование, управление и использование систем вооружений, а также поразить вражеские средства связи и разведки, изменив «качество и скорость» информационных процессов. И наоборот, РЭБ в обороне защищает эти активы и активы дружественных сил. Очень важно понять это определение и то, как оно трактуется в российской военной иерархии. РЭБ может рассматриваться как группа мероприятий по сбору разведданных и поражению радиоэлектронных средств противника и обеспечению защиты дружественных сил.

Использование радиоэлектронной борьбы в современных военных разработках России указывает на переход к современной информационной среде, в которой ее вооруженные силы будут действовать в электромагнитном спектре (ЭМС), выходя за рамки более узкого определения, ограничивающегося операциями в радиодиапазоне волн. Поэтому основными целями сил РЭБ становятся радио- и сотовая связь, радары, а также электронные системы и системы РЭБ противника. Соответственно, РЭБ может подавлять или защищать, в зависимости от цели, следующие цели: системы C4ISR, системы определения местоположения и распределения целей, системы управления огнем, компьютеры и инженерные/сетевые системы. Прежде чем подавить цель, ее нужно сначала перехватить, а это зависит от успеха Сигнальной Разведки (SIGINT) через Электронную Разведку (ELINT) или Разведку Связи (COMINT) — информацию, полученную через Электронную Поддержку (ES). После идентификации цель может быть подавлена, нейтрализована или уничтожена с помощью направленных Электронных Атак (EA). Для защиты этих систем используется Электронная Защита (EP). Важно обратить внимание читателя на то, как взаимосвязана РЭБ с другими ресурсами технической разведки, действующими в EMS. Также стоит отметить симбиотическую взаимодействие между РЭБ и кибервойсками, хотя в данном отчете она подробно не рассматривается. Важно отметить, что РЭБ фокусируется на несвободном пространстве в СЭМ, в то время как кибервойна занимается управлением вызовами в свободном пространстве.

Сравнение РЭБ в армии России и США или НАТО затруднено из-за различий в концепциях боевых функций и процессах принятия военных решений. Кроме того, существует тесная связь между SIGINT и РЭБ, и подразделения РЭБ российской армии также участвуют в сборе сигналов разведки. Существует также тесная взаимосвязь между SIGINT, ПВО, артиллерией и РЭБ, которая прослеживается в военной стратегии России в Восточной Украине. Российские подразделения РЭБ участвуют в защите артиллерии и тесно сотрудничают с SIGINT для координации действий ПВО и артиллерии. Чтобы лучше понять эти вопросы и важность РЭБ в российских военных операциях, необходимо детально рассмотреть организационную структуру российских сил РЭБ.

В результате начавшейся в конце 2008 года реформы Вооруженных Сил России, в ходе которой от преимущественно дивизионной системы, основанной на бригадах, бригады маневра (танковые и моторизованные пехотные) были реорганизованы с включением в их состав подразделения РЭБ. В верхней части схемы показан батальонный состав мотострелковой бригады, слева внизу — элементы боевого обеспечения, справа — службы боевого обеспечения, например, тылового обеспечения; среди подразделений боевого обеспечения — рота РЭБ (. Системы РЭБ, расположенные в маневренных бригадах Сухопутных войск, к которым относятся БМП и танковые бригады, обеспечивают покрытие до 50 км.

Особенностью Российских Сухопутных войск является то, что, в отличие от западных аналогов, компонент РЭБ органично представлен в бригадной структуре, что означает, что Российские Сухопутные войска не перемещаются и не проводят операции без поддержки РЭБ. На этом уровне средства РЭБ носят тактический характер, хотя силы РЭБ присутствуют во всех российских вооруженных силах — в Сухопутных войсках, Воздушно-десантных Войсках (ВДВ), Воздушно-космических Силах (ВКС), морской пехоте, привлекаются в ВМФ и Ракетные Войска Стратегического Назначения (РВСН). Сухопутные войска являются основными сторонниками РЭБ в российских вооруженных силах. Генерал Ласточкин представляет силы РЭБ следующим образом:

«Силы и средства РЭБ входят в состав стратегической системы радиотехнической разведки «Комплексный Технический Контроль» (КТК), а также в совокупность частей РЭБ военных округов, крупных (армейских) соединений и соединений (дивизий, бригад) служб и видов ВС РФ. В настоящее время основные силы и средства сосредоточены в Сухопутных войсках, Воздушно-космических Силах и ВМФ, а также в межведомственных группировках военных округов. В ВДВ в штурмовых дивизиях созданы подразделения РЭБ. В РВСН подразделения КТК имеются в каждой дивизии и полигоне Сухопутных войск. С 2014 года силы и средства радиоподрыва округов выполняют служебные задачи.»

После реструктуризации Вооруженных Сил в 2008-2009 годах и Реформы системы военных округов (ВО) войска РЭБ претерпели аналогичные изменения. Этот процесс привел к переходу от разрозненных подразделений РЭБ по всей армии к их реорганизации на оперативном и стратегическом уровне в бригады. В апреле 2009 года на Западе страны в Новомосковске (Тульская область) была сформирована 15-я бригада РЭБ, которая затем была переведена в Тулу, а в декабре 2015 года процесс формирования дополнительных бригад РЭБ был завершен созданием 19-й бригады РЭБ в Рассвете (Южный округ). По состоянию на 2016 год в России имеются бригады РЭБ в составе военных округов, две из которых расположены в Западном округе, хотя в будущем это может измениться по мере роста спроса на силы и средства РЭБ. Каждая из этих бригад состоит из четырех батальонов РЭБ и одной роты. Кроме того, силы РЭБ имеют центры в военно-морских флотах и батальоны в МД; в задачи последних входит защита критически важной инфраструктуры. В декабре 2009 года, Москва и Минск подписали двустороннее оборонное соглашение о сотрудничестве в области РЭБ и планировали сформировать единую систему РЭБ для региональной группировки войск; Беларусь является партнером России в области РЭБ. Наиболее мощные российские системы РЭБ — «Красуха», «Леер-3», «Москва» и «Мурманск-БН» — находятся в бригадах РЭБ Сухопутных войск. Дальность действия этих систем достигает нескольких сотен километров. Эти бригады призваны оказывать боевую поддержку маневренным бригадам и могут быть разбиты на более мелкие части в зависимости от численности войск и типа задач, для выполнения которых они предназначены. С 2012 года темпы учений РЭБ удвоились, и в августе 2016 года в учениях «Электрон-2016» — первых с 1979 года — участвовали силы РЭБ всех родов войск и видов вооружений.

В 2009 году разрозненная группа отечественных оборонно-промышленных предприятий, занимающихся производством боевых радиоэлектронных систем, прошла процесс вертикальной интеграции, сконцентрировавшись под началом Концерна «Радиоэлектронные технологии» (КРЭТ), который активно лоббирует и продвигает интересы РЭБ в российских вооруженных силах. Вместе с КРЭТ в тесном контакте с силами РЭБ работает компания «Созвездие» и разработчик БПЛА — «Специальный Технологический Центр — СТТ».

В 2010 году оборонная промышленность создала в Воронеже Научно-технический Центр Радиоэлектронной Борьбы (НТЦ РЭБ), ответственный за Научно-исследовательские и Опытно-конструкторские работы (НИОКР) будущих систем РЭБ.

В октябре 2015 года, министр обороны Сергей Шойгу создал Военно-научный комитет войск РЭБ, а вскоре были созданы две научно-промышленные роты для содействия модернизации войск РЭБ. Количество и качество систем ЭО, закупаемых российскими вооруженными силами, также возросло.

Первоначальные усилия по реформированию в 2009 году были также подкреплены трансформацией развивающейся системы образования и подготовки специалистов в области ЭО. В 2018 году были введены первые тренажеры для улучшения подготовки. Все подразделения оснащены учебно-тренировочными комплексами «Магнит-РЭБ», а в дальнейшем Министерство Обороны планирует внедрить Интегрированную Учебно-тренировочную Систему (Integrirovannyy Trenazherno-Obuchayushchiy Kompleks—ITOK) для повышения качества подготовки специалистов РЭБ.

В последние годы, войска РЭБ России прошли интенсивную и беспрецедентную программу модернизации и переоснащения, которая будет продолжена в рамках Государственной Программы Вооружений до 2025 года, при этом Радиоэлектронная Борьба будет играть все более важную роль в российском оборонном планировании. В то время как это обеспечивает весьма надежные системы для сил радиоэлектронной борьбы, некоторые СМИ склонны преувеличивать степень, в которой такие системы могут быть использованы для глушения систем НАТО. Заявления России о возможностях собственного оборудования также важно учитывать.

На внимание, уделяемое вопросам российского потенциала в области Радиоэлектронной Борьбы, повлияли комментарии основных СМИ по поводу классического примера продвигаемой Россией дезинформации. История связана с утверждением, что российские средства радиоэлектронной борьбы «ослепили» систему противоракетной обороны Aegis на борту военного корабля ВМС США Donald Cook в Черном море в апреле 2014 г. Факты, связанные с этим случаем, таковы: 10 апреля 2014 г. корабль ВМС США Donald Cook вошел в Черное море с обычной патрульной миссией и вышел из него через 14 дней. 15 апреля, в День радиоэлектронной борьбы (государственный праздник, посвященный войскам радиоэлектронной борьбы), в программе новостей на государственном телеканале «Россия» вышел сюжет о Су-24, который приблизился к кораблю ВМС США Donald Cook 12 апреля. Позднее представители оборонного ведомства США подтвердили, что пролеты Су-24 имели место. Однако в оригинальной передаче упоминалось, что на борту Су-24 находилась система радиоэлектронной борьбы «Хибины», которая смогла отключить все системы на американском корабле Donald Cook, включая систему «Иджис». Российские СМИ начали распространять эту историю, и она была быстро подхвачена несколькими западными СМИ. Российская государственная «Российская газета» подхватила эту историю 30 апреля 2014 года, и она вновь появилась в различных формах в том же году. В ней утверждалось, что Су-24 «приблизился» к эсминцу и, используя подвешенную под крылом систему радиоэлектронной борьбы «Хибины», отключил радар, цепи управления и систему передачи данных корабля ВМС США Donald Cook.

Тенденции в области закупок средств радиоэлектронной борьбы характеризуются не только внедрением современных систем, более быстрых и с увеличенным радиусом действия — есть и другие ключевые тенденции, которые должны вызывать беспокойство НАТО. Это автоматизация, интеграция с автоматизированными системами командования и управления и общий акцент на C4ISR, направленный на дезорганизацию противника. Эти системы также становятся более мобильными. Приобретение новых систем радиоэлектронной борьбы для Российских Вооруженных Сил было основано на уроках, извлеченных из конфликтов в Чечне. При этом основное внимание уделялось интеграции разведки, огневого поражения и глушения для поражения систем радиоэлектронной борьбы, используемых вражескими группировками. В ходе боевых действий на Северном Кавказе был накоплен богатый опыт применения радиоэлектронной борьбы в подобных операциях, что, в свою очередь, способствовало развитию технологий, но прошло некоторое время, прежде чем российские вооруженные силы получили реальную выгоду от интенсификации процесса вооружения. После российско-грузинской войны в августе 2008 года, Москва начала амбициозную реформу вооруженных сил, и в новой ГПВ 2011-20 была поставлена задача обеспечить 70% новых или современных образцов вооружения. Первый период интенсивных испытаний и закупок электронных боевых систем пришелся на 2010-13 годы. По словам генерала Ласточкина, в этот период был завершен ряд испытаний и впоследствии закуплено большое количество систем. Среди них «Борисоглебск-2», «Алургит», «Инфауна», «Красуха-2-О», «Красуха-С4», «Москва-1», «Пародист», «Лорандит-М», «Леер-2», «Леер-3», «Лесочек», «Лесс», «Магнит-РЭБ» и «Полюс-21». Процесс закупок не имеет признаков замедления после начального периода повышенных темпов внедрения новых систем.

К 2014 году, КРЭТ должен был поставить оборудование на сумму 60,4 миллиарда рублей или около 1 миллиарда долларов, включая системы IFF, бортовую авионику и другое электронное боевое оборудование. В области радиоэлектронной борьбы был представлен комплекс радиоэлектронной борьбы «Витебск» для самолета Су-25 и ударного вертолета Ка-52. Сообщается, что в 2014 году продажи КРЭТ выросли на 40 % по сравнению с предыдущим годом. Кроме того, 15 апреля 2017 года была поставлена задача поставить в этом году 450 единиц. Речь идет обо всех элементах линейки радиоэлектронного боевого оборудования, предназначенного для подавления радиосвязи, навигации, защиты от высокоточного оружия и автоматизированного управления радиоэлектронными боевыми системами. Среди закупленных в 2017 году комплексов радиоэлектронной борьбы — дополнительные комплексы «Красуха-2-0», «Москва-1», «Борисоглебск-2», «Свет-КУ», «Ртуть-БМ» и «Инфауна».

В ноябре 2016 года, Владимир Михеев, первый заместитель генерального директора КРЭТ, охарактеризовал «Национальную Стратегическую Систему ИО» как «асимметричный ответ на сетецентрическую систему боевых действий», принятую США и НАТО. Он выделил Мурманск-БН как важнейший компонент этой подсистемы. Как сообщается, система «Мурманск-БН» имеет дальность действия 5.000 км, размещена на семи грузовиках и отвечает за мониторинг радиоволновой активности, перехват сигналов противника с помощью широкозонного глушения. Оснащенная антеннами высотой 32 метра, система была развернута в Крыму.

Михеев подчеркнул, что создание российской стратегической системы EW представляет собой «реализацию концепции сетецентрической обороны». По его словам, система специально разработана для борьбы с возможностями НАТО в области C4ISR, а мурманские комплексы направлены против систем, работающих в высокочастотном диапазоне, таких как Глобальная Система Высокочастотной Связи США. Эта сеть обеспечивает связь между всеми командными и контрольными подразделениями Пентагона, а также между кораблями и самолетами США и их союзников по НАТО. Михеев отметил, что полноценной заменой таким системам может служить только проводная связь, устойчивая к помехам, поскольку спутниковые системы не обладают стабильностью и достаточной пропускной способностью. Поэтому работа систем, находящихся в зоне действия российских комплексов РЭБ, будет существенно нарушена.

В целом модернизация обычных вооруженных сил России наиболее быстро и интенсивно идет в Западном и Южном военных округах. Войска РЭБ в ДМВ получили современные средства РЭБ наземного, воздушного и космического базирования. В 2015 году был поставлен беспилотный комплекс «Леер-3», оснащенный интегрированной станцией технического мониторинга «Сани-КУ» и аппаратурой предотвращения утечки разведывательной информации ЛГШ-503. Аэродинамический «забрасываемый» глушитель «Леер-3» одновременно блокирует трех операторов мобильной связи на дальности до 6 км и дальности управления до 60 км.

Самолет раннего предупреждения и управления «Бериев А-50 Майнстай», созданный на базе Ил-76МД, оснащен радиотехническим комплексом «Шмель» и поступил на вооружение в ДМВ. Его масса составляет 190 тонн, дальность полета — 7500 км, дальность захвата целей — до 800 км, а количество отслеживаемых целей может достигать 300.

Комплекс «Инфауна» обеспечивает сбор разведданных и глушение связи, защиту от оружия малой дальности, ракетных установок и радиоуправляемых взрывных устройств; эта система поставляется в десантно-штурмовые войска. Дополнительные системы, поступающие на вооружение ДМВ, демонстрируют ту же тенденцию быстрой модернизации средств радиоэлектронной борьбы, которая наблюдается в настоящее время. В округ поступил наземный комплекс помех «Пелена-1», предназначенный для постановки помех РЛС самолетов раннего предупреждения на расстоянии до 250 км. В 2015 году на вооружение поступил также комплекс ЭО «Борисоглебск-2», смонтированный на шасси МТЛБ. Он использует энергетически и конструктивно безопасные широкополосные сигналы для обеспечения высокоскоростной передачи данных, устойчивой к помехам. Аналогичный комплекс «Ртуть-БМ» смонтирован на шасси МТЛБ. Ожидается, что группа из двух человек сможет за десять минут развернуть комплекс для защиты персонала и техники от радиоконтактных боеприпасов на площади до 50 гектаров.

В ДМВ также поступило оборудование радиоэлектронного противодействия «Автобаза», предназначенное для пассивного обнаружения излучающих радиолокационных систем и передачи координат, класса и частоты диапазона радаров на автоматизированный командно-диспетчерский пункт. Среди поставленных в последние годы в ДМВ систем глушения ЭО — автоматическая глушилка «Житель Р-330Ж», работающая в диапазоне частот от 100 до 2 000 МГц, с дальностью сбора разведданных и глушения связи до 15 км по наземным целям и до 200 км по воздушным целям. В ходе совместных с Беларусью учений «Щит Союза-2015» комплекс «Житель» использовался для глушения имитируемых вражеских беспилотников. В ДМВ также приобретены станции сбора и обработки информации, такие как комплексы «Дзюдоист» и «Лорандит» и «Плавск», а также стационарное оборудование радиомониторинга «Свет-ВСГ», используемое для комплексного технического мониторинга. Мобильный комплекс EW «Свет-КУ» был введен в эксплуатацию в 2012 году и, как сообщается, работает в диапазоне частот от 30 до 18 000 МГц.

Кроме того, на вооружении войск радиоэлектронной борьбы стоит мобильный комплекс «Красуха-4», отличающийся многофункциональностью и использованием новейшего программного обеспечения. Ожидается, что «Красуха-4» сможет противостоять бортовым радарам самых современных ударных, разведывательных и беспилотных летательных аппаратов на дальности до 300 км.

Хотя наличие этих систем не даст российским вооруженным силам возможности вывести из строя системы НАТО в потенциальной конфронтации, это будет означать, что C4ISR Альянса станут мишенью, а оперативный темп его работы, вероятно, значительно снизится и приведет к определенным сбоям. Этот потенциал радиоэлектронной борьбы также является неотъемлемой частью российского подхода к противодействию доступу/контрнаступлению и будет включен в ответ на любые усилия НАТО по доступу и проведению операций, например, на Балтийском театре.

Share our work

0 Комментариев

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *